Ce jeudi. Matin
Je t’écris à la hâte, ma chatte chérie. C’est ce matin
que nous allons chez la dite G<rande>-Duchesse, et tu
sais qu’avec le Brochet1 il faut toujours faire une
large part au temps. Il n’y a rien d’accéléré dans ces
procédés. Tout cela n’empêche pas que la véritable Gr<ande>-Duchesse
ne soit toi, la G<rande>-Duchesse de mon coeur et que
j’aie une mortelle envie de te rejoindre au plutôt.
J’espère bien que cela pourra se faire samedi prochain.
En attendant je t’envoie les papiers des Mentque, les p<asse>ports
et le certificat. Quant aux laissez-passer il n’y faut
pas compter. Les missions ici ne sont pas dans
l’habitude d’en délivrer. Ce n’est pas sans peine que
j’ai réussi à obtenir le visa de Colloredo, car dans la
règle il est défendu aux légations autrichiennes de
viser des p<asse>ports pour une destination qui ne se
trouve pas exprimé dans le p<asse>port primitif visé par
leur ambassade à Paris. Je compte bien encore retrouver
les Mentque à Tegernsee.
Tout ce que tu me dis au sujet de la g<ouvernan>te me
paraît très vrai. Nous en reparlerons. Dans tous les cas
je te donne carte blanche d’agir et de décider, comme tu
l’entends. La difficulté est toujours dans le manque de
place. Je vais retourner dans la maison W<ihan> pour
étudier le terrain et pour obtenir, s’il est possible,
une réponse définitive.
Je n’ai pas vu encore la Krüdener qui depuis son retour
à M<unich> n’a pas encore quitté son lit. Son mari m’a
dit que même comme voyageurs ils ont suffisamment
éprouvé l’action de cette tristesse particulière à
l’Italie pour y avoir pleinement compris et absous mon
évasion de l’année dernière.
Je te remercie, ma chatte, de la nouvelle que tu me
donnes. Soigne-toi bien, je t’en prie. Evite la fatigue
plus que jamais. Je tiens à te retrouver bien portante
et bonne mine ayante.
Quant à l’argent, j’ai dit à Eichthal de te l’envoyer
directement.
Bonjour, ma chatte. Si je persistais à remplir tout ce
blanc qui me reste encore, cela me prendrait trop de
temps et compromettrait mes préparatifs... Ainsi adieu,
à samedi. J’embrasse les enfants depuis A — M3.
Перевод:
Четверг. Утром
Пишу тебе, милая моя кисанька, второпях. Сегодня утром
мы должны быть у известной тебе великой княгини, а как
ты знаешь, со Щукой1 всегда тратишь много времени. Он
никогда не торопится. Все это не мешает тебе быть
истинной великой княгиней — великой княгиней моего
сердца, с которою мне хочется свидеться как можно
скорее. Очень надеюсь, что это осуществится в будущую
субботу. А пока посылаю тебе бумаги Ментков, паспорта и
свидетельство. Что касается до пропусков, то на них
рассчитывать нельзя. Здешние миссии обычно их не выдают.
Визы Коллоредо я исхлопотал не без труда, ибо по
правилам — австрийским миссиям запрещено давать визы на
проезд в местности, не указанные в самом паспорте,
завизированном австрийским посольством в Париже. Я
надеюсь еще застать Ментков в Тегернзее.
Все, что ты сообщаешь насчет гувернантки, кажется мне
весьма правильным. Об этом мы еще поговорим. Во всяком
случае, предоставляю тебе полную свободу действовать и
решать по-своему. Вся трудность заключается по-прежнему
в недостатке места. Я еще раз побываю в доме Вихана2,
чтобы все выяснить и добиться, если возможно,
окончательного ответа.
Я еще не виделся с Крюденершей; со времени своего
возвращения в Мюнхен она не встает с постели. Ее муж
сказывал мне, что даже будучи в качестве
путешественников, они в полной мере испытали грусть,
которою обычно ощущаешь в Италии, и потому вполне
понимают и оправдывают мое прошлогоднее бегство.
Благодарю тебя, моя кисанька, за присланную весть.
Береги себя хорошенько, прошу тебя. Больше чем
когда-либо избегай усталости. Мне хочется увидеть тебя
здоровой и поправившейся.
Что касается денег, я сказал Эйхталю, чтобы он выслал их
прямо тебе.
Прости, моя кисанька. Если бы я захотел во что бы то ни
стало исписать все остающееся свободное место, это
отняло бы у меня много времени и помешало бы моим
приготовлениям... Итак, прости, — до субботы. Целую
детей от А. до М. |
